Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
17:28 

Начало.



Взрыв. Взрыв. Сознание приходилось собирать по кусочкам. Никто этого не хотел. Это случилось. Могущественные цивилизации сошлись в битве, возможно, последней для человечества. Я этого не узнаю – умру с минуты на минуту. Статистика не лжёт – в такой мясорубке солдату не выжить. Меня окликнули, и командир махнул рукой, побежав по окопу…

«Он бежал, и земля вылетала у него из-под ног. Он хотел жить, как все хотели, но он хотел больше, чтобы жили его парни. Он бы закрыл их собой, если бы мог защитить от того ада, что творится вокруг. У него были жена и дети. Были, потому что выжить им было не суждено. Этот человек искал смерти за Отчизну, но Смерть сыграет с ним злую шутку – ему не суждено умереть в этом бою»

Мир привычно бухнул в виски, и непонятно было, разрыв ли это, или старая болезнь обострилась в моём сознании. Я часто видел то, чего нет, чувствовал присутствие тех, кого другие не видят, проживал тысячи жизней, и не знал, правда ли они. Я был сумасшедшим, и никто не мог мне помочь. Я поднялся и побежал вслед за командиром, но голос в моей голове не смолкал:

«И он тоже побежал, подгоняемый страхом. Пули свистели вокруг, но пока щадили его. Быть может, командир всё таки выполнил часть своего предназначения: увёл солдата оттуда, куда упадёт самолёт»

Визжащий гул заставил шлёпнуться на дно траншеи. Грохот раздался сильнее обычного, если мои уши вообще могли ещё слышать. Меня перевернуло и снесло в командира. Я с ужасом сел и посмотрел назад, но из-за дыма ничего не смог разобрать.
- Давааай! – заорал командир и, схватив меня за шиворот, потащил дальше, видимо решив, что меня контузило.

«Он тащил его, надеясь, что кто-то там, далеко, сделает то же самое для его сына. В этом бессмысленном действии он находил своё спасение. Просто спасти его. Просто дотащить до того поворота, ведь он кажется более безопасным. А потом до другого, и дальше…»

Мы вползли в траншею, где наши ещё пытались отстреливаться. Все куда-то стреляли, орали благим матом. Женя валялся с прострелянной головой, открыв горящим облакам чистые, светло-голубые глаза – небо нашло в них свой последний приют. Злость обуяла меня, я схватил автомат и поднялся с колен...

«У него больше не было страха. Не было прошлого. Не будет будущего. Он просто шёл убивать. Уже не было взводов, рот, может, уже даже не было армий, но люди, остервенев от боли и горя, продолжали грызть глотки друг другу. Убивать таких же, как они, несчастных, кто потерял всё, потому что они потеряли всё. Никто не был виноват, и у всех были руки в крови по самые локти.»

Голос в моей голове становился всё настойчивее. Если раньше он просто шептал, то сейчас он чуть ли не кричал, и я стал ловить себя на мысли, что делаю точно то, что он говорит.

«Горящие небеса освещали его спину. Он выбрался из окопа и пошёл туда, где был враг. Вскинул автомат, и мучения одного из них закончились на этой грешной земле. Отовсюду выскакивали люди и рвались в последнюю атаку. Последнюю доблестную атаку в истории их многострадальной Родины. О них не вспомнят, никто не напишет стихов и не снимет фильмов. Эта атака бессмысленна и необходима. Это последний крик умирающей цивилизации, пожирающей саму себя. Это крик души, ищущий выхода»

Я бежал, и видел, как падают рядом друзья. Как что-то взорвалось и распалось впереди. Я чувствовал только боль, горечь и злость. Ворвавшись в траншеи, мы сеяли смерть везде, куда смогли добежать…

«Это был конец. Впереди успели развернуть пулемёт. Раздались вспышки впереди. Он, осознав всё, заорал: «Назад!». Но было поздно. Валя, обернувшись, широко раскинул руки и упал в траншею»

Я, как в замедленном кино, видел вскочившего на бруствер друга, успел различить вспышки в густой оранжевой мгле.
- Наааазаааад! – заорал я что было сил, но Валентина уже нельзя было спасти. Я уловил его прощальный взгляд. Надеюсь, он обретёт покой.

«Он вскинул вновь свой автомат, и пулемёта не стало. В этом аду все умрут. Это итог всему. Пришло время этого мира. Пришло ЕГО время. Его уже видят в прицел, уже скрежечет курок. Вот-вот всё для него завершится…»

Я с ужасом осознал, что речь идёт обо мне. Я поднял голову, понимая, что не смогу спастись. Я хотел хоть увидеть того, кто избавит меня от этого кошмара…

«Красный цветок расцвёл точно на сердце, пробив бронежилет. Он упал без стона, и его муки завершились. Командир, выронив автомат, упал на колени рядом с ним и зарыдал. Он сдался. Он проживёт ещё какое-то время, пока планета будет сходить с орбиты. Но и его время сочтено»




Я видел своё тело, и командира, приложившего ладонь к моей щеке. Боли не было, я обретал покой. После ада это было раем…

«… и начаться вновь!»

Что-то тренькнуло, и я проследил по клетчатому, натёртому до блеска, полу за катящимся звуком. Пошарил глазами. Что-то здесь было. Что-то здесь упало. Пол был из какого-то камня, с чередованием чёрных и белых плит. Не знаю, что это было, но это очень важно. Мне нужно это найти.

Я встал на четвереньки и стал шарить руками по скользкому полу. Наконец, я что-то нашёл и поднёс это к глазам. Это была катушка чёрных ниток. Большая катушка. Нитка болталась внизу, будто оборванная. Я присмотрелся, и передо-мной поплыли картины боя. Я мотнул головой. Чудно.
Я огляделся. Бесконечный, уходящий в туман, мощёный пол. Туман был серым, и в нём ничего нельзя было разглядеть. Звуки шагов гулко отдавались в абсолютной тишине этого места. Единственным, что выбивалось из абсолютной идеальности этого места, было непонятное устройство, приспособление, агрегат… Я не знаю, как его описать, но оно было большим, много больше машины, сложным, и оно двигалось. Двигалось медленно, будто задумавшись, шевелило чем-то внутри себя. Я подошёл ближе и обнаружил рядом кресло. Резное, с хорошей, мягкой спинкой. Но моё внимание было притянуто к агрегату. Отовсюду тянулись нитки, что-то шуршало, бренькало, а где-то с другой стороны потихоньку появлялось полотно…
- Что же это такое… - протянул я и пошёл вдоль агрегата. На одном из ровных участков я обнаружил несколько книг. Я взял самую пухлую, с иллюстрацией этого самого агрегата на обложке, и прочитал:
- Ткацкий станок ММН, руководство по эксплуатации.
Ага, значит, это ткацкий станок. Мне совсем нелогично забрела в голову мысль, а кто тогда Я? Я подумал, и обнаружил, что совершенно не помню этого. Всё было в тумане. Хотя, если напрячь память… Что-то вырисовывается, и это что-то очень похоже на видение, посетившее меня, когда я взял в руки катушку ниток.
Почему-то мне казалось, что я здесь уже бывал. А устроившись в кресле, так вообще почувствовал себя, как дома. Облегчённо вздохнул и присмотрелся к Станку. Перед моим взором стали представать разные лица, города, миры, эпохи и события. Я понял. Я принял. Я вспомнил…
Это моя судьба. Просто катушка ниток, выпавшая из общего положения вещей. Я необходим, ведь кто-то должен следить за Станком. Все нити – это судьбы, переплетаясь вместе, они создают неповторимый узор. Я слежу за тем, чтобы всё шло, как надо, чтобы холст выходил красивым. Я вне миров. Я не могу почти ничего изменить, но я вижу всё.
Я – Ткач.

@темы: Эхо дальних миров

URL
   

Паутина Данкора

главная